- У меня же фамилия  «Шмыгин», а в словаре слово «шмыга» означает «колесо, которое вертится». Вот и характер у меня такой.
И словно в подтверждение сказанного, его телефон звонит через каждые 15 минут, то и дело отвлекая от разговора. Игорь Юрьевич извиняется и отвечает на все звонки спокойно и доброжелательно. И не важно, кто на связи – чиновник, рабочий столярного цеха или старый приятель. Все вопросы решаются, и ничего не откладывается «на потом». Он чертит на листочке все, что запланировал сделать сегодня. Вот рисунок дома, который его фирма обустраивает. Вот к  этому дому машина везет песок, вот рабочие, маленькие такие человечки. Каждодневные хлопоты превращаются в затейливые комиксы на бумаге. Через какое то время нарисованное воплощается в жизнь.
    - Интересно, какой вы рисовали себе поездку в Японию, о которой так много говорят ваши ученики? – к предмету разговора захожу издалека. Но Шмыгин и не думал «темнить».
     – Я не планировал ехать в Хомбу Додзе, - Игорь Юрьевич снимает очки, и кажется, что его невероятно синие глаза начинают излучать свет. - Потребовалось бы извлечь огромную сумму из семейного бюджета. Недельное пребывание в стране Восходящего Солнца обходится в 5-6 тысяч долларов. Мне подарил поездку друг, когда отмечали очередной юбилей моего занятия айкидо. Литус Александр Иванович позвонил и сказал: «Игорь, я хочу тебе сделать подарок».
Посол Японии оформил нам  визу за 15 минут. Мы взяли билеты на рейс Киев-Лондон, Лондон-Токио. Вылететь из Борисполя нам, правда, сразу не удалось. Дундук-менеджер напутал с правилами и отказал в вылете. К обеду вопрос решился, но понервничать пришлось здорово. Билеты перебронировали, теперь на французский рейс. В Парижском аэропорту прождали еще пять часов, и, как только наш самолет взял курс на Токио, в зале ожидания, прямо на том месте, где мы сидели, обвалился потолок. Погибли люди.
    Прилетели в Токио, сразу же полный досмотр багажа. Все продукты идут в миксер. Устройство там такое, размалывающие продукты. Ничего нельзя провозить из еды. Можно только две бутылки водки. У нас было пять. Таможня сопротивлялась, но, узнав,  что мы направляемся в Хомбу Додзе - пропустила. Если говоришь «Айкикай», тебя любой проводит до Хомбу Додзе. И само понятие «айкидо» у них свято.

    Выступление на Эмбукай.

    Когда выходишь на татами, огромный барабан ударом дает знать, что время пошло. И оно пролетает мгновенно. Переживания нереальные: воочию видеть мастеров, о которых столько читал. Одного деда вообще на руках вынесли, посадили в центр. Он поднялся с трудом. Атака – это та же энергия. И дряхлый человек, используя эту энергию, на глазах преображается. Спокойно разбрасывает своих укэ (атакующих). Потом еле-еле сходит с этого татами. Потрясающе! Предпоследним выступал сэнсэй Тада. А потом Моритэру Уэсиба. Ну, это классика! Без всяческих примочек, полицейских приемчиков и так далее. Он откатывает технику так, что видно – перед вами действительно досю, продолжатель линии Уэсибы.

    - Кто- то оценивает выступления?
    - Огромный зал, как Колизей, битком набитый народом.  То есть даже если мексиканец какой-то год назад начал, его поддерживают. Не ниже третьего дана можно участвовать в этих показательных выступлениях. Моим укэ был голландец, атаковал в свободной манере, и все три минуты я с ним работал. Нам предстояло выступать на самом краю татами у трибуны, на которой размещаются старейшины айкидо. Что показывать? А недалеко сидел Саша Литус, показал два больших пальца вверх, и мы начали. Только потом досю в обсуждении отметил, мол, нормально выступили. Иерархия в айкидо тоже интересная штука: на регистрации гостей там стоят седьмые, восьмые даны. А у нас человек черный пояс получил – все, он уже великий папа! Там этого нет. Шестой-седьмой дан ведет регистрацию, выдает программки. Полицейские выступали, военно-морская академия. Иногда на татами демонстрировал технику только один мастер, такой, как Фудзита, Хомбу-сихан, который выступал в 13.30. Или представители древних самурайских фамилий, таких, как Такэда. Выступить там и снять овации – это очень приятно. И когда в мае следующего года мы поедем  на Эмбукай, одно из татами полностью займет Украина..

   
     Хомбу Додзе.

    Потом была тренировка в Токио, в Хомбу Додзе. Хомбу Додзе – маленькое помещение из бетона. Мы дважды проходили мимо и не заметили. Три небольших зала. Например, зал для детей: 15 человек малышни, и с ними занимается четыре четвертых дана. Наше татами по сравнению с тамошним – это детский лепет. У них на полу маты из рисовой соломы, стянутые армейскими пуговицами. Если делаешь сикко (перемещения на коленях) две-три минуты – идет кровь. Кожа с колен снимается лоскутами. Там без наколенников заниматься невозможно. Старики в наколенниках, а у молодых бойцов на чистом кимоно на коленях - пятна крови. А после тренировки они становятся и вытирают кровавые пятна с этого татами.
    Но адским оно было названо не поэтому. В книгах Тамуры-сэнсэя описано подробно, как Морихэй мог поднять среди ночи своих учеников и продолжить тренировку. Он их гонял сильно.
    Можете себе представить? В туалет, где идеальная чистота, не зайдешь, если не наденешь специальные тапочки. Свою обувь оставляешь около входа, а в туалет специальные резиновые надеваешь. В Японии вообще идеальная чистота и порядок. Не дай Бог, ты опоздал на тренировку! Все! Ты будешь укэ, ты будешь летать, ногами измеришь всю площадь потолка этого додзе.
    В Японии очень дорого заниматься боевыми искусствами. В том числе, и айкидо. Если человек приехал потренироваться – плати 50 долларов  и иди, занимайся. Нет такого, чтоб сидел и смотрел. Или что бы первый урок бесплатно, а там понравится – будешь платить, не понравится - не будешь. Такого нет. Не заплатил – за порог не пустят. Там даже скамеек в зале нет. Чего смотреть? Хочешь – занимайся, нет – уходи. Очень четко, по-самурайски все организовано.
    Страна контрастов. Здесь уживаются 14 век, 16 век и рядышком – 25-й век. Стоит домик еле-еле и рядышком офис фирмы «Кэнон» в небеса уходит с вертолетными площадками. Поразительно. А как они берегут свои замки! У нас проедьтесь по Волыне, Львовской области - из замков в лучшем случае тюрьмы сделали. Как японцы сохраняют все! Дух Будо спас Японию после Второй Мировой. Безумное уважение младшими старших. Если сэнсэй на татами показывает технику, а ты после попытаешься что-то изобразить свое – тебя выгонят. Причем технику  не объясняют вообще. Он показал, хлопнул в ладоши и сел на татами, чай пьет. Два раза показал. «Сёмэн ути котэ гаэси» -  и все! Дальше твое дело. У нас показываешь двести раз, и сидят люди в носу ковыряются. Там не слушаешься – тебя выгнали и денег не вернули. А стоит обучение очень недешево.
    У нас сейчас в Киеве маразматики начали на асфальте рисовать рекламу айкидо, машины красят: «Лучшие мастера». Какие нафиг, лучшие мастера? Которые у нас не сдали на пятый кю?
     В Китанабэ, где Уэсиба похоронен, ехали поездом из Токио целый день. Там же его первое додзе. Городок маленький, провинциальный. Дома низкие – одно и двухэтажные, деревянные, кирпичные, бетонные. Сейсмоопасная зона - строят так, чтоб ничего не рухнуло. Нет ни садиков, ни огорода. Земля очень дорогая. Ужасает. Один камень. Асфальт, бетон и реклама. В окне мелькают рисовые поля, водоемы с карпами, поле для гольфа, города, мосты. Заводик на заводике! Под мостом снова поле для гольфа или для стрельбы из лука. И все. Пролетел на скорости четыреста километров в час. Когда встречаются два поезда, получается удар и здорово трясет.
     Кладбище, на котором похоронен О-Cэнсэй, существует в Китанабэ с 16 века. По размерам очень небольшое, при монастыре. За могилами там ухаживают монахи. Берешь ведерко с водичкой, ставишь палочки, поджигаешь благовония. Затем держишь ковшик и поливаешь могильный камень. Вода – это энергия, это очищение, вода – это всё! И когда поливаешь могилу, тем самым благодаришь человека, который жил когда-то. То есть, ты часть своей энергии отдаешь ему. А внутри монастыря старинное здание с огромным колоколом. И можете себе представить, монахи на молитву встают под звон уже много веков подряд. Уэсиба, когда открыл здесь свое первое додзе, тоже брал эту же самую колотушку и ударял в колокол. Когда я взял ее в руки, было совершенно потрясающее настроение. Такое чувство, я не знаю, как его описать. Какой-то нереальности, что ты тут оказался. Когда закрываешь глаза и под звон этого колокола видишь людей, которые давным-давно бежали на тренировку. Молодых мастеров, которые тогда были молодые: Тамура, Китаура, Тада, Фудзита. Вот такое соединение времен. К сожалению, здание первого додзе не сохранилось. Оно сгорело во время американской бомбардировки. Там сейчас собираются строить музей айкидо.

    - Изменилось ли понимание айкидо после посещения этих мест?

    - Нет, та база, которая была заложена учителями, она остается. Изменился взгляд на боевые искусства. Взгляд на то, что у нас в Украине с боевыми искусствами происходит. Взгляд на отношение учителя и ученика изменился.
Если говорить о предках, то я знаю деда, прадеда и прапрадеда, мой сын знает на одно поколение больше. А у них родственников помнят и знают до 17-го колена! О чем это говорит? Об уважении к старшим и традициям. У них фамилии очень много говорят. В принципе это не секрет, что в экономику Японии боевые искусства приносят колоссальные прибыли. И при этом они продолжают развиваться. Тренировки записывают на видео. Знания аккумулируются.
    У нас пока этого нет, но мы обязательно будем вводить новшества. Вот у них уже четвертый дан могут не дать, если ты какого-то эссе или рассказа краткого не подготовил про айкидо. Про свое видение айкидо.
    У них с большим почтением относятся к людям, у которых они начинали заниматься айкидо. У нас такого нет. У нас есть такие кадры, он у тебя прозанимался восемь лет, а потом увидел японца, прозанимался у него 30 минут и уже ученик такого-то японца. А ты уже ему никто.

    - Вам есть, за что благодарить айкидо?

    - Мне айкидо дважды жизнь спасло. Или вот, представьте, впереди тяжелейшая авария. Ты выскакиваешь и принимаешь на ходу оптимальное решение. Боевые искусства учат принимать единственно правильное решение. Просто дисциплинируют.
Боевые искусства учат держать дистанцию в бизнесе, так называемый ма-ай. Или если ты не прав, нужно уметь сказать: «Я не прав». Это может быть перед заказчиком, рабочими, кем угодно. Нужно всегда уметь поклониться перед кем бы то ни было. Это тоже практика боевых искусств.
    Айкидо помогает, впрочем, как и другие виды единоборств. Лишь бы инструктора не были блефовыми. Вот в чем трагедия Украины.
Например, как можно проводить чемпионаты страны по фехтованию на деревянных ножах? Возьмите нормальные тесаки и фехтуйте! Или проведите чемпионат по харакири. Проблема в том, что люди делают то, чего не понимают.
Или вот еще. Был у меня ученик, написал стихи: «Учитель перед именем твоим позволь свои мне преклонить колени». На дне рождения у меня говорил: «Возьмите, отрубите мои руки, если они вам нужны». А через полгода обманул и вставил так, что мама золотая. Второй тоже писал, что мечтает у меня заниматься. Пригласил я его, выучил. Он у меня жил месяцами дома. Потом уехал и создал свою федерацию. Как к этому можно относиться? А никак. Вы только вслушайтесь в названия: Бердичев – до, Такуда – рю. Я понимаю, у каждого своя жизнь. У меня было вот недавно пятидесятилетие. Столько звонков, писем я получил от учеников. Возьмите страны Прибалтики – там преподают мои ученики.  Алтай, Сибирь, Карелия, Сахалин, Дальний Восток, федерации Азербайджана, Грузии, Казахстана, Армении - это все мои ученики. Сдавали когда-то у меня на шестой кю. Поздравили - и приятно, нет – значит так и надо.
    Ни в одной стране мира сегодня нет такого, чтобы президент ассоциации, у которого 5-й дан, аттестировал на третий. Японцы это право оставляют за собой. Вот, например, мастер Верона, шикарный мастер. Имеет право аттестировать только до первого дана. Это, конечно, авторитет Шмыгина, но с другой стороны,
это авторитет и Украины. Если бы не авторитет учеников в клубах по Украине, если бы мы поставили себя как колония по изыманию денег, то нам бы этого не дали такого права. Японцы говорят - давайте деньги, а мы говорим – не дадим. Нам нужно развивать айкидо здесь. Если хотите, чтобы все это имело к вам отношение – мы будем с вами, но только на правах взаимного уважения. Мы не накручиваем суммы на данах, как это делают в других странах. Вот нам говорят, вы можете брать себе сверху 50-60 долларов. А мы говорим, нам это не нужно. Я обеспеченный человек. Фишка в том, что после аттестации мы получаем все документы, сертификаты из Японии через две недели! Вот где авторитет и степень уважения к Украине. В других странах могут получения документов ожидать полгода, год.

    - Сверхсилой, наверное, уже обзавелись, ведь у вас столько лет практики?

    - Ну, на расстоянии могу сделать так, что человек упадет. А так какие чудеса? В пространстве я не перемещаюсь, в воздухе не парю. Мистика в том, что все боевые искусства начинаются с того, что «он был маленьким и слабым», а стал великим мастером. Уэсиба, Ояма, я тоже был маленьким и в очках. Мама мне говорила: «Когда тебя обижают – отойди. Никогда не мсти людям, делай добро и не жди благодарности». У моей мамы было 12 детей в Самаре. Семья была очень бедная и добрая. Отец-офицер ей как-то передал буханку хлеба. Она идет домой, а по обе стороны дороги – колючая проволока и немецкие военнопленные руки тянут, хлеба просят. Она отщипывает каждому по кусочку. Домой приходит – половины нет. А дома   – 12 детей. А бабушка Варя говорит, ну ничего, мол, молодец. День потерпим. Заварили морковь. Жили в подвале. Знаете что такое чай «вприглядку»? Это когда кусок сахара висит на ниточке, а все на него смотрят и кипяток пьют.
    В основе всего лежит добро. Если сумеешь творить добро – у тебя пойдут все боевые искусства. Айкидо - это не только базовая техника, приемы. Мы ведь его в полной мере не знаем. Мы знаем только техническую его сторону. А ведь это и доброта, и уважение к старшим, общая культура жизни. И мелочей тут нет. Если чего-то хватать не будет – будет «Такудо» и «Бердичевдо».